Научно-практический центр Эриксоновской Коммуникации

г.Саратов, ул. Московская, 96 (в арку), т. 56-20-98, 34-67-29

This e-mail address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it

проводит семинары-тренинги и оказывает консультативную помощь с 1991 г.

 

Абросимова Ю.А.

Структура психолингвистических интервенций в эриксоновской коммуникации

– Бюллетень Международной Академии психологических наук, Саратов, 2000. С. 44-48.


Эриксоновский подход к межличностным отношениям предполагает признание уникальности личности и ее бессознательных ресурсов и использование транса как естественного явления для их развития. Эриксоновская коммуникация кооперативна: соблюдая принцип сотрудничества, “гипнотизер предоставляет возможность субъекту выполнять продуктивную работу”, принимает и использует возникающее поведение и создает “возможность и ситуации, благоприятные для адекватного функционирования субъекта” 5. Для реализации этих задач применяется обширный арсенал методов и приемов. Цель данной статьи - подробнее остановиться на одном из них - психолингвистических интервенциях - как способе создания и утилизации замешательства, запускающего процесс бессознательного поиска решений и самоисследования субъекта.

 

В настоящее время психолингвистические интервенции (ПИ) используются практическими психологами в переформировании ограничивающих убеждений в контекстах психотерапевтического, делового и повседневного общения. В основе ПИ лежит предположение, что с помощью языка мы моделируем наш внутренний опыт и, используя язык, можем его изменять. По данным кросс-культуральных исследований, моделирование внутреннего опыта осуществляется на нескольких уровнях, являющихся закономерными для русскоязычной и англоязычной культур 1. Исследуя речевые описания процесса конструирования внутренних образов, М. Аткинсон выделяет шесть основных уровней: существования, возможности, причины-следствия, комплексной эквивалентности, осознания и времени.

 

С помощью предположений (пресуппозиций) различных уровней субъект формирует и описывает “содержательные элементы, проходящие через сознание... это единицы информации, с помощью которых отражается, перерабатывается и передается внутренний опыт” 3. Переформирование внутреннего опыта с помощью ПИ наиболее эффективно осуществляется на уровнях комплексной эквивалентности и причины-следствия, отражающих внутреннюю структуру убеждений.

 

Так называемые ограничивающие убеждения, лежащие в основе обращений за психологической помощью, могут быть сформулированы в виде уравнения комплексной эквивалентности, которое как бы приравнивает одно другому (например, “Я - неудачник”, А=В), либо причины-следствия , когда из одного вытекает другое (например, “Как только наступает весна, я чувствую упадок сил”, А В).

 

Высказывая данные суждения, субъект утверждает, что именно это содержание является истинным. ПИ, применяемые его партнером по взаимодействию, нацелены на то, чтобы противопоставить данное содержание убеждения целому ряду других содержаний, предъявляемых последовательно без пауз и не давая тем самым возможности сознательно переработать информацию, “переводя содержание в процесс, когда понимание приходит к клиенту не на сознательном, а на бессознательном уровне” 1.

 

ПИ, используемые в работе с убеждениями, построенными по типу уравнений комплексной эквивалентности, можно подразделить на три основных класса: переопределяющие, укрупняющие и разукрупняющие. Переопределяющие ПИ являются разновидностью рефрейминга (переформирования содержания высказывания) и наиболее часто используются психотерапевтами, меняющими у своих клиентов негативное отношение к симптому на позитивное (“Вы не неудачник, а просто самокритичны и требовательны к себе”).

 

Укрупняющие и разукрупняющие ПИ направлены на изменение структуры убеждения, трансформируя уравнение комплексной эквивалентности в причину-следствие. Укрупняющие ПИ отвечают на вопросы “Что это значит для Вас?”, “Каков результат?” и обращает субъекта к его критериям, оценкам различных уровней обобщения (“Я неудачник, следовательно, не пройду по конкурсу” или “То, что я имею - это мой предел” или “Моя жизнь никчемна” и т.д.). Разукрупняющие ПИ отвечают на вопросы “Как Вы узнаете об этом”, “Что именно?”, “Что побуждает Вас так думать?” и ориентирует субъекта на исследование микроструктуры своего сенсорного опыта. Оба класса ПИ уточняют внутренний опыт субъекта и делают его убеждения доступными для дальнейших интервенций. Рассмотрим некоторые из них.

 

ПИ, трансформирующие убеждения, сформулированные в виде причины-следствия, могут быть подразделены на интервенции, использующие исключительно язык субъекта, интервенции с прямым указанием на альтернативный опыт и интервенции, направляющие на иной (как правило, более высокий) уровень понимания.

 

Первый класс интервенций для убеждений в форме причины-следствия последовательно подвергает отрицанию либо первую (причину), либо вторую (следствие) часть убеждения, либо обе их одновременно. При этом ПИ формулируются в виде вопросов, начинающихся с “Было ли так, что...” - и далее дается альтернативный вариант причины-следствия, где одна или обе части убеждения повторяются с добавлением частицы “не”. Аналогичным образом проводятся ПИ в отношении побочных выгод проблемы, но в данном случае они ориентируют на будущее, используя фразы “Что (не) произойдет, если это (не) случится?” Таким образом снимается жесткая связь причины и следствия в заявленной проблеме.

 

Другой класс ПИ, содержащих прямые обращения к альтернативному опыту, впервые был использован в короткой психотерапии Р. Бэндлером и, как правило, предлагает иные варианты причин и следствий самого убеждения или намерений и последствий, стоящих за ним. Эта разновидность психотерапии впоследствии получила название “торпедотерапии” в виду ее активности и быстроты получения результатов. Изменяя одну часть ограничивающего убеждения, ПИ ведут к тому, что субъект сам изменяет другую его часть, таким образом переубеждая себя, либо отказываясь от убеждения, так как итоговое высказывание представляется ему абсурдным. Для усиления переживания абсурда и переведения клиента в режим бессознательного функционирования Бэндлер также использовал аналогии и метафоры 2.

 

Наиболее результативными для работы с отечественной аудиторией являются ПИ, выводящие субъекта на иной уровень понимания проблемы. Простейшая из них указывает на взаимоотношение, стоящее за высказанным убеждением. Указание на скрытое отношение (качество), напоминает субъекту об ответственности за последствия и сам факт существования собственного убеждения (например: “Говоря об упадке сил весной, Вы уже готовите себя к этому, это само по себе упадническое утверждение”). Р. Дилтс предлагает начинать данные интервенции с фразы “Вы так говорите, потому что...” - и далее приводить альтернативные убеждения в виде причины-следствия 4.

 

ПИ данного класса также могут напоминать субъекту об иерархии критериев, предлагая переоценить свое убеждение с точки зрения положений, которые для него более важны (например: “Не думаете ли Вы, что важнее сконцентрироваться на расцвете сил природы вокруг Вас весной, чем на внутренних опасениях?” или “...важнее знать о своих индивидуальных ритмах, чем воспринимать их как стихийное бедствие...”) либо в более широком контексте (например: “Это то утверждение, которое вы хотели бы передать своим детям?”, “Быть может, Вам хотелось бы исключить весну из времен года?”).

 

Безусловно, в использовании данных интервенций должен соблюдаться принцип экологии, когда замешательство субъекта не превышает той критической массы, за которой творческая переработка проблемы сменяется глубоким трансом от концептуальной дезориентации.

 

С этой точки зрения безопасным и экологичным представляется путь интеграции противоположных убеждений, при котором субъект переживает состояние целостности и самостоятельно обнаруживает внутренний образ или словесную формулировку убеждения более высокого уровня. Структура интегрирующих ПИ включает в себя повторение заявленного высказывания, затем связующей фразы “и в то же время” или “и возможно бывает так, что...”, присоединяющей альтернативное высказывание без частицы “не” (например, “Вы говорите, что когда наступает весна, Вы чувствуете упадок сил, и возможно, бывает так, что весна пробуждает в Вас приятные переживания...”). Затем используются гипнотические формулировки, впервые предложенные М. Эриксоном, которые объединяют два утверждения во времени и пространстве: “...и как приятно сознавать, что в то время как одна часть Вас * может испытывать - далее повторение заявленного высказывания - другая часть Вас ** может - повторение сообщения противоположного содержания”. Далее делается ряд указаний на одновременное присутствие двух противоположных переживаний, развивающих у субъекта измененное состояние сознания, в котором он интуитивно находит третью точку опоры, уравновешивающую данные противоположности и находящуюся, как правило, на более высоком уровне в его иерархии ценностей.

 

Аналогичным образом строятся ПИ, направленные на самоисследование и создание новых планов и программ действий. Данные ПИ ориентируют субъекта на будущее либо включают его проблему в более широкий контекст (например: “В то время как одна Ваша часть исследует все способы, которыми Вы создаете у себя упадок сил (повторение симптома на языке клиента), другая Ваша часть может обнаруживать все те разнообразные способы, какими Вы можете измениться в ожидании весны (повторение причины на языке клиента), или “Какой человек никогда не испытывает упадок сил?”).

 

Интервенции, ориентирующие на иной уровень понимания, как правило, более продолжительны, чем ПИ первых двух классов, но за счет своей интегрирующей функции дают более устойчивые результаты, включая произведенные изменения в систему ценностей личности субъекта. Поэтому данный класс интервенций особенно эффективен в качестве отдельного метода в контекстах групповой и индивидуальной психотерапии, в то время как ПИ, использующие язык клиента для создания парадоксов и ПИ бэндлеровской торпедотерапии чаще всего носят вспомогательный характер и включаются в структуру других психотехник, в частности, дают желаемые результаты в контексте деловых переговоров, ускоряя и оптимизируя процесс коммуникации.

 

Освоение приемов ПИ требует определенной практики. Наблюдение за обучающимися в НПЦ Эриксоновской Коммуникации в течение двух месяцев на курсах “Мастер-Практик НЛП”, позволяет отметить, что регулярное (2 - 3 раза в неделю) выполнение упражнений ПИ позволяет сформировать необходимые навыки (убыстрение темпа речи, сокращение пауз, смена речевых формулировок, переформирование структуры убеждения), а также найти свои индивидуальные стилевые особенности в использовании ПИ (предпочтение начинать с интервенций определенного типа).

 

Психолингвистические интервенции, как всякий практический метод, имеет свои ограничения. Обнаруживая перед субъектом скрытые механизмы, лежащие в основе его негативных убеждений, ПИ продуктивны в работе с отдельным убеждением, а не с их системой, они полностью соответствуют эриксоновской парадигме, направленной на симптом. Применяемые профессионалом, ПИ действуют быстро, точно и узко направленно. Поэтому в системном НЛП, перерабатывающем целые кластеры убеждений, ПИ входят в состав комплексных психотерапевтических стратегий.

 

В целом ПИ принадлежат к категории диссоциативных методов наведения измененных состояний сознания в результате концептуальной дезориентации субъекта. Переживания, вызываемые ПИ, могут быть различны (в диапазоне от растерянности до удовольствия), поэтому в практике их использования необходимо внимательно отслеживать текущие процессы субъекта, обеспечивая “дефреймированный контекст, в котором он может исследовать события, не отождествляя себя с оценочными ограничениями, переоценивать взаимосвязи в соответствии с актуальными потребностями своего “Я” 3.

 

Л и т е р а т у р а

1.М. Аткинсон Новейшие техники уровня “Мастер-Практик НЛП”, - Материалы международного семинара, М., 1995 г.

2.П. Врица Изменение убеждений, - Материалы международного семинара, М., 1996 г.

3.С. Гиллиген Терапевтические трансы. Руководство по эриксоновской гипнотерапии, М., 1997 г.

4.Р. Дилтс Изменение убеждений с помощью НЛП, М., 1997 г.

5.M.H. Erickson Deep hypnosis and its induction, N.Y., 1952. Rеprinted in Rossi, 1980 a.